koba_sam (koba_sam) wrote,
koba_sam
koba_sam

Category:

"И недруг честно ненавидел"... (окончание)

Вот и конец нашего новогоднего эссе. Кто ожидал длинного рассказа и морали – не обессудьте. Это просто зарисовка по мотивам ваших вопросов…

Ваш Коба.



***

С гостем я почти не общался.
Приехал он с вокзала на такси, поднялся к нам и попросил разменять десятку – сказал, у шофера нет сдачи.

Потом вернулся, притащил рюкзак и засел на кухне, где мать приготовила что-то вроде праздничного стола.

Кухня у нас большая, стол раздвижной, человек на шесть. А если сесть плотнее, влезут и все десять.
Но мать раздвигать стол не стала, больше гостей не предвидится. К тому же, тут сбоку потом встанет раскладушка.

Мать сказала: «Человек приедет уставший, в наших поездах – одно мучение. Вот, немного перекусим, обменяемся первыми впечатлениями, и пусть отдыхает. А уж там, вечером, посмотрим…»

Отдыхать гость отказался. Сидит, налегает на салаты, рыбные консервы и картошку с мясом. От шампанского отказался тоже, сослался на гастрит. Попросил водки, под разговоры освоил бутылку «Столичной». Похвалил колбасу и маринованные венгерские огурчики. Сказал, что любит огурцы с детства. И еще любит, если за столом теплая дружеская атмосфера.

Мать позвала меня. Я пришел, посидел минут десять.
Взгляд у мужика ускользающий, на руках татуировки. Руки прячет, убирает со стола. Разговорную речь пытается «фильтровать», но все равно сбивается, сыплет периодически на жаргоне. Сразу поправляется, просит извинения и объясняет: «С волками поведешься, чо…»

Слушать мне это неинтересно. Варю себе кофе, ухожу в свою комнату.

Мать идет следом, говорит:
- Посидел бы хоть для приличия что ли… Вот, человек же еще не освоился. Думает, наверное, что затруднил, заставил хлопотать, принес неудобства. А ты вот так сразу – хлоп – и готово. Нельзя же, нужно быть добрее к людям. Ты ведь не на работе – со своими бандюгами совсем офонарел, и уже домой это все тянешь…

- Я – тяну? Ты на руки посмотри, там вся биография. Насильно такие картинки не колют, только по желанию. И в глаза он не смотрит, убирает взгляд. Короче, мне этот деятель не показался. Сидите себе, разговаривайте, раз уже приехал.

- Знаешь… – говорит мать – мы с тобой потом обсудим такое твое поведение. Надо же, руки ему не подошли, нос не показался! Это – и до шовинизма так недалеко!
У каждого своя судьба, свои ошибки.
Нельзя пинать человека за прошлое, он уже понес, глубоко осознал, и наказан стократно! И, не поручусь, что не наказан излишне строго.
Излишне!
У нас это могут, – ломать судьбы запросто через коленку.
Всегда нужно глубоко разобраться, выслушать человека, вникнуть в его внутренний мир.
А как ты – по этому пути, знаешь, и до нового тридцать седьмого – рукой подать…

Мать уходит на кухню. Теперь уже часа два они сидят там, читают стихи вслух.
Видимо, общий язык найден.
Ну и – флаг в руки.
А я музыку слушаю, у меня другие интересы. И на тренировку скоро идти.


***

С утра гостя уже нет.
Он собрался и тихо ушел на утренний поезд. Будить никого не стал. Что называется, «по-английски».

Иду в кухню за чаем. Мать моет посуду, убирает остатки вчерашнего стола.

Чая на обычном месте нет.

Спрашиваю:
- Ты чай не видела?

- Ну, поищи, мне, что ли, чай еще караулить?

Ищу.
Чая нет.
Ни новой пачки, ни предыдущей, начатой.

Лезу в холодильник – почти пустые полки. От вчерашнего изобилия – открытая банка сгущенки, да тарелка с нарезанным сыром.
Шампанского и «Токая» в дверце холодильника тоже нет.

Говорю:
- Нормально так погуляли. В родной Вологде, думаю, будут рады сибирским гостинцам…

- Знаешь!.. – мать поворачивается почти в ярости – не смей говорить о том, чего не понимаешь!
Человек не мог попросить, это выше его внутренней гордости!
И понимал, что ему станут пихать с собой в дорогу.
И это было для него невыносимо!
Взял то, что и так бы ему обязательно дали.
И правильно сделал!

И не смей попрекать куском!
У нас – не последнее! И в нашем народе – испокон веку! – неписаный закон: сам помирай – товарища выручай.
Вот так. И никак иначе.
И закончим на эту тему…

- Да на здоровье, если поперек горла не встанет. А вообще, – он не товарищ, а крыса. Еще раз приедет – руки поломаю.

- Только посмей! И брось свои мильтонские штучки – обвинить в подлости, не разбираясь в сути!

- Я же говорю: на здоровье. Сюда же добавь «десятку на таксиста». Он из автобуса вылез, с балкона было видно.
А рюкзак на лестнице оставлял, чтобы картинка прокатила.


***

Позже они переписывались, письма я видел.

Прошло несколько лет, история забылась.
Однажды мать сообщила, что ее старый знакомый из Вологды был вынужден покинуть страну. Он хотел издать книгу, мыкался по редакциям. Его везде зажимали. Потому что – судимый. У нас к таким, судимым, предвзятое отношение. Пусть, какой угодно талант, но если судим – все, двери закрыты. Двойные стандарты. Сами кричим, что сажаем для исправления. И сами же после - попрекаем прошлым.

Теперь он уехал в Израиль.
Нет, сам он, конечно, не еврей.
Но – пришлось.

В Израиле таланты не зажимают. Взяли работать на одну радиостанцию, там важно знать русский язык. И сразу напечатали в журнале «Континент», это в Париже, у Максимова.

Жизнь налаживается, хоть и трудно, понятно, вдали от Родины.
Но если на Родине такое отношение к свободе мысли и творчества – что же…

У нас испокон веку такое вот отношение: музыканту нужно переломать пальцы.
А поэту – веревку на шею и под потолок «Англетера» на батарею отопления.

Потому что, если не так, музыкант и поэт смогут сказать правду народу.
И – все. Если народ только узнает правду, никакая лживая власть потом уже не устоит.


***

Позже, знаю, вернулся.

На Родине случились изменения в лучшую сторону. Появилась возможность говорить правду в глаза власти.
За такое теперь не сажают.

Но все равно, понятно, плохо.

Новая власть хитрее прежней. Она просто игнорирует правду, сказанную прямо в глаза.
Значит, ей наплевать.
Но пусть она себе не думает. Свои права народ не отдаст.
Будет борьба до полной победы.

Народ у нас хороший. Но – оболванен и забит.

Для этого есть правозащитники.
Они отстоят правду народа, их не сломить.
Не той породы люди, не из того теста. Люди старой закалки и суровой судьбы.

Судьбу одного из правозащитников я здесь и рассказал.

Вернее, отдельные ее штрихи. Но по отдельным штрихам, конечно, о человеке не судят.

Кстати, он не из Вологды. А то еще, прочтет, узнает себя, и расстроится.
Нельзя обижать людей.
Особенно, если они за правое дело.

А название этого эссе – строка из стихотворения матери. Вот еще немного оттуда:

…Не славу ставила на кон,
А слово, за которым мчалась,
И хоть добро ввела в закон -
Быть слишком доброй опасалась.

Не искажал мне гнев лица:
Его спокойным враг мой видел.
И друг был предан до конца,
А недруг честно ненавидел.


Tags: И недруг честно ненавидел...
Subscribe

  • О войне...

    «Коба, вы совсем перестали писать про события на Украине, так все плохо? Я понимаю, что мы не можем бить первыми, Россия такого не сделает…

  • Жаль только, жить в эту пору прекрасную...

    Вот я бы хотел дожить до дня, когда Россию, наконец, накажут всерьез – перестанут летать транзитом над ее территорией (ок. 55 тыс. рейсов) и…

  • Красота спасет мир

    Как понимаю, по Минскому туристу не высказался уже только ленивый. И этот ленивый – я... Ваш Коба. Ладно, выскажусь. Не удивлюсь, если уже…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments

  • О войне...

    «Коба, вы совсем перестали писать про события на Украине, так все плохо? Я понимаю, что мы не можем бить первыми, Россия такого не сделает…

  • Жаль только, жить в эту пору прекрасную...

    Вот я бы хотел дожить до дня, когда Россию, наконец, накажут всерьез – перестанут летать транзитом над ее территорией (ок. 55 тыс. рейсов) и…

  • Красота спасет мир

    Как понимаю, по Минскому туристу не высказался уже только ленивый. И этот ленивый – я... Ваш Коба. Ладно, выскажусь. Не удивлюсь, если уже…