koba_sam (koba_sam) wrote,
koba_sam
koba_sam

Categories:

Писатель уголовного розыска (часть вторая)

Все не влезло, будет еще окончание...

Ваш Коба.



Бабка-вахтерша на дверях линейного почтамта – дура. Ей показывают служебное удостоверение, она блокирует турникет и противным голосом заводит:

- Это, я не знаю, чо это совсем! Тута все свои, по пропускам!..

Могу, конечно, перепрыгнуть ее турникет, он ростом до пояса. Но бабка вцепилась в эту вертушку намертво, всем видом давая понять: «Немец под Москвой не пройдет!» Перепрыгнешь, – напишет докладную начальству. А те – свяжутся с нашими. И потом объяснять, какая служебная необходимость была штурмовать здание почты…

Выхожу на улицу. Ладно, работают до пяти вечера, можно и на открытом воздухе невзначай повстречать. Оно и лучше, без лишних глаз и ушей.

Опять иду в линейный отдел. Связи у меня никакой, а по регламенту обязан отмечаться у дежурного каждый час. Точнее, дежурный обязан знать ежечасно, диспозицию приданных оперативных сил. Можно позвонить и по телефону, но где взять столько «двушек»? Да и телефон там все время занят.

Дежурный, отрываясь от журнала, говорит:

- Ага, явился! Топай на «горку», там несчастный случай, сцепщика вагонами придавило. Следователь и эксперт уже туда пошли.

- А где там искать? – уточняю я.

- Где-то между нижней позицией и подгорочным парком, сам по ходу найдешь.

Нахожу место минут через пятнадцать. Возле путей лежит покойник, прикрытый каким-то замасленным тряпьем, рядом возится эксперт. Следователь, – строгая дамочка лет тридцати пяти, в гражданской куртке поверх форменного кителя, – опрашивает свидетелей ЧП.

Хотя, как обычно, никто ничего толком не видел:

- Я же и говорю, Васька, вроде, на стрелочном переводе сперва был. А потом, на обходы его позвали. Ну, он и пошел, а после уже – вот это сразу…

- Кто позвал? – уточните… – нудным голосом вопрошает следователь.

- Ну, мне же, откуда знать. Позвали, он и пошел. Меня бы позвали, тоже пошел бы.

- Хорошо, как лично вам представляется картина происшествия?

- Я же говорю, черт его знает! Может, прямо тут его и зацепило отцепом. А может, с зоны надвига бегуном притащило, прямо с расцепки, а сбросило уже здесь…

Рутина следственных действий. Мне это ни к чему, не мой «профиль». Надо бы технично отсюда соскочить, пока не припахали подсобным рабочим. Спрашиваю следовательшу аккуратно:

- Это… я здесь нужен вообще? У нас там горячее намечается, по гастролерам личным сыском поработать надо…

Следователь недовольно морщится, ей тут писанины еще – по самый край и даже выше:

- Вали до своих гастролеров, не хватало потом «висяки» разгребать!

Знаю, куда надавить. За «темнуху» будут драить с песочком и розыск, и следствие. Особенно, если могли предотвратить, но прозевали. А гастролеров я слил патрулям еще раньше, но это дамочке знать сейчас необязательно.


***

На вокзале десять билетных касс. Работают только две, очереди – хвостом. Некоторое время наблюдаю, как народ завихряется тут. Веселое место, нередко вспыхивают перепалки и даже драки. Поэтому, вокзальный милицейский патруль заглядывает в этот зал часто.

Патруль парный, старшина Шайдуллин и сержант Власов. Шайдуллин за старшего, ему уже под сорок, скоро на пенсию.

- Вам дежурный передавал ориентировку, гастролеров нужно проверить?

- Ну, было… – Шайдуллин указательным и большим пальцами разглаживает богатые свои усы. – Но самих, не было.

- Нигде?

- Глупость сейчас сказал… – старшина солидно отдувается, смотрит авторитетно и свысока, хоть и невелик ростом. – Если я говорю, значит, нигде.

- Ну, плохо.

- Ну, как есть. Не нравится, мог бы и сам задержать.

- Я их не видел, оперативная информация.

- Вот и работай, проверяй свою информацию. Мало ли, куда. Могли – на электричке уехать. А могли, на автобусе в город. Наше дело – вокзал. Здесь таких нет.

- Может, вас увидели, смылись?

- Может, но – какая разница теперь? У нас тихо, задачу свою выполняем. Хочешь, с дедом одним познакомлю?

- Что за дед, зачем он мне?

- Много знает, потом спасибо скажешь.


***

Шайдуллин прав, мировой дед! Слушаю его уже больше часа. Сидим на лавочке в зале ожидания, народу здесь немного, дневные поезда ушли, до вечерних еще вагон времени. Дежурный меня не ищет, думает, пашу на подхвате по опросу свидетелей.

Деду за шестьдесят, старый уже совсем. Для меня старый, конечно. А так, выглядит пока ничего. Одет, правда, неказисто. Но это, оперская привычка – не выделяться из толпы. Проработал всю жизнь в уголовном розыске. Последние лет десять – тут, на вокзале. На пенсию ушел в конце пятидесятых, меня и в природе не было еще тогда.

Говорит:

- Что такое, уголовный сыск? Это – вершина оперативного мастерства, даже искусство. Надо все подмечать, уметь разглядеть в человеке, что он показывать другим не хочет. Чуйку надо иметь на человека, как собака на след. Наука – хорошо. Но у нас, кроме науки, оперативная сметка, умение предвидеть, просчитать бандита на пять клеток вперед.

А как такое уметь? Слушать старших – это раз. Старшие уберегут от ошибок…

- Ну, у них свои ошибки, время было другое – пытаюсь прервать я.

- Ошибки одинаковые всегда, время тут ни при чем. Ты вот, например, на учебниках учишься сейчас. А писали их – полвека назад. А какие, и того раньше. Значит, не устарел опыт. Вывод: слушать старших. Но – не зубрить, а разбирать. Отсюда второе: не бойся делать, если уверен. Уверенность приходит, когда на все вопросы себе ответил. Отсюда третье: нет вопросов без ответов. Есть люди, которые боятся истины.

- Разве такие есть? – удивляюсь я.

- И куда больше, чем думаешь. Ты и сам ее боишься, если не та, что хотел бы услышать. Отсюда четвертое: правда у каждого своя, а истина – одна на всех. Пока до нее докопаешься, многих зацепишь за живое. Отсюда пятое, последнее: всегда будь человеком. Человек не машина, имеет право на ошибку. Не всякая истина на пользу, бывает и во вред. Но когда это понял – уходи, давай место молодым.

- Прямо, пять правил Глеба Жеглова! – смеюсь я. – Только вот последнего не понял, противоречие какое-то здесь.

- Не понял, – значит, – рано тебе уходить – тоже смеется дед. – А про Глеба Жеглова, не дураки писали. Не все там верно, в той книжке. Но так, в целом, толково.

- А вы тогда напишите свою, получше.

- А я и пишу – говорит вдруг дед. – Давно уже пишу, как на пенсию ушел. Заковыристая выходит книга, работы там еще много, непочатый край.

- Двадцать лет пишете?! – снова удивляюсь я. – А конец когда же?

- Хороший вопрос. И сам не знаю. Не могу ответить даже себе. Значит, уверенности пока нет. Значит, до истины еще далеко. А хотелось бы написать, чтобы близко к истине.

- Думаете, получится так?

- Не знаю. Хочешь, тебе могу дать кое-что из моего почитать. Прочтешь, выскажешь мнение. Свежий взгляд всегда полезен.

- Хочу. А когда?

- Ну, скажем, через неделю. Я там кое-что подправлю и на машинке кусок настучу, чтоб каракули тебе не разбирать.

Прощаемся. Вспоминаю, что не все спросил:

- Да, не видели, трое урок тут ошивались, с Иркутского слезли?

- Видел. Нехорошие ребята, я их прогнал.

- Говорили с ними?

- Нет, зачем… – дед строит несколько замысловатых жестов пальцами, как глухонемой. – Маяков накидал, они поняли, свалили.

- А как это перевести на русский?

- На русский – трудно дословно. А по фене: «На бану кипиш, фараоны по красному беспределу, мазевой темы нет» – опять смеется дед.

- Мне бы научиться так!

- Можно и это. Только выглядеть подозрительно будет. Этот язык старых воров теперь даже на зонах немногие знают. А лет через двадцать, и вовсе забудут все.


***

К семнадцати часам дежурю у почтамта. Выбрал место, рассчитал шаги. Пойдет на остановку – появлюсь из-за угла будто случайно. А больше идти некуда, пешком отсюда везде далеко.

Выходит минут через десять. Тут же лихо подкатывает красный «Москвич». Выскакивает высокий парень, тянет за собой из машины букет цветов.

Ясно. Хороша Маша, да, видно, не наша. Чиненые ботинки против красного «Москвича» с букетом
не канают.

Tags: Писатель УР
Subscribe

  • О тайге

    Обычно засиживаюсь на работе, ухожу поздно. Иду пустыми улицами и мечтаю: вот настанет, чай, золотое время, и я вернусь в родную тайгу навсегда. И…

  • О кино

    В почте: «Когда будете снимать свой фильм про теплоход? Не терпится посмотреть, что получится». Пока маленько не хватает на съемки,…

  • «Сталин черных поступков не покрывает»

    Просто рассказ. Раньше не публиковался... Ваш Коба. О ЗАСАДАХ, ВНИМАНИИ К МЕЛОЧАМ И ПОЛЬЗЕ КУРЕНИЯ Засада – занятие унылое. Придет ли кто…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments