koba_sam (koba_sam) wrote,
koba_sam
koba_sam

В августе 84-го (продолжение)...

Продолжение. Гродно. Неман.

Ваш Коба.


В доме садимся на веранде. Здесь летняя кухня. Вокруг стола заставлено банками с помидорами и огурцами. Запас на зиму.
Окна открыты. Вечер. Где-то у соседей скрипит ворот колодца. В марле на двери бьется крупный шмель. Тикают на стене ходики с отломанной дверцей кукушки и утюгом вместо гири.

Тут выселки, пригород Гродно. Неподалеку, метрах в трехстах, течет Неман. Дом стоит последним в ряду, дальше небольшая пустошь и перелесок. К лесу мимо дома накатана автомобильная колея, местами размытая дождями. Над пустошью белеет полоска тумана. Сыро. Пахнет грибами. Наверное, к ночи соберется дождь. Середина августа.

Хозяин говорит:
- Располагайся, если пожаловал. И показывай, в чем загадку увидел…

Скидываю с плеча сумку, расстегиваю, достаю книгу.

Старик крутит ее в руках, открывает, старательно вчитывается в титул.
- Ну, знаю такую. Давно было, в журнале каком-то читал, с продолжением. В «Новом мире», а может, в «Знамени», уже не упомнить. Лет десять тому. Занятный писатель. И про наши места. Говорят, как сам видел, так и писал. Контрразведка. Глаз у таких людей шибко приметливый. Другой кто, нипочем не заметит, а эти – всегда усмотрят. Учат их потому что…

Дед вздыхает, явно погружаясь в те старые свои военные воспоминания...
- У нас и в отряде такие бывали. Не скажу, надолго. Но, случались. Откуда пришли, куда девались – ведомо только командиру, да комиссару. И еще, мне. Трое нас в отряде, кто о таком знал. А шифроблокноты – только у радиста. У меня, значит. Так что…

Старик опять замолкает. Сидит, смотрит в сторону темнеющего леса…
- … Бог с ним, всего не передумать…, – какие там у тебя ориентиры?

Забираю книгу, говорю:
- Ну, где-то рядом Лида и Шиловичи по книге. В Лиду – около часа езды проселком.
Еще, протяженность опушек. Около сорока километров.
Еще, лес этот обтекают с трех сторон грунтовые дороги. Родник должен быть в лесу. Кстати, даже не один.
И почва. Там чистая супесь. По книге, только в одном месте в лесу. И еще, хутора какие-то поблизости…


- Шиловичи знаю. Но есть и Большие Шиловичи. Это в другом месте, подальше.
Дороги – не ориентир, если грунтовые. С войны много прошло, могли проложить шоссейку. А эти – стали никому не нужны и заросли.
Родник тоже плохой ориентир. Родники, бывает, закрываются, уходят в землю. Сорок лет – немалый срок. Где тот родник...
Вот протяженность опушек – более-менее. Могли вырубить, хотя. Или, выгорело. Однако, таких пожаров, честно говоря, не упомню.
Хутора, вёски – не факт. Может уже и не быть за давностью лет.
Час езды проселком до Лиды – смотря как ехать. Другой по грунтовке мог и шестьдесят держать. А другой, жалея скаты и рессоры, тридцати не набирал. А это, вдвое.
Выходит, почва – лучший пока ориентир. Почва в лесу веками без изменений. И от ее состава зависит, что растет.
Хорошо, давай смотреть карту, какой лес нам тут подходит…

Старик долго изучает карту, водит по ней пальцем, прикладывает спичечный коробок к масштабной линейке и отмеряет им расстояния. Наконец, говорит:
- Ну, вот он, по всему. Иного тут не имеется. Знаю этот лес, бывал, приходилось. Не дюже велик, не дюже мал, да ведь и спроба – не хвароба…

Старик тянет новую папиросу из кармана, прикуривает, сует обгорелую спичку обратно в коробок, продолжает:
- Ввел ты мяне в інтарэсы з тым лесам. Аднаго не разумею, – а вось твой інтарэс тут у чым? Ну, знайшлі мы той лес. Што там, мёдам маза, ці ваенная таямніца закапаная?

Смотрю на него, не совсем понимая сказанное. Так-то вроде бы смысл и понятен…

Хозяин смеется, поясняет:
- Тайна, какая, в лесу, спрашиваю. За каким интересом в тот лес через всю страну из Сибири тащиться?
- Не знаю… – честно отвечаю я, сообразив – не самый лучший ответ. Вот он теперь скажет, мол, «а нет интереса, так и я тут причем?..» - Отпуск у меня. Вот, решил своими глазами взглянуть. Книгу-то вся страна читает. Многие, наизусть. А кто видел место, где их поймали? Интересно же…

- Ну, хоть не врешь, и то – ладно...
За это, чай будем пить. Не люблю, когда врать начинают. Зачем такое
? Не знаешь – скажи. Мы не всё знаем, что и зачем в жизни…
Вон тебе ведро. А вон у сарая – колодец. Копан, между прочим, еще при «польском часе». Тогда земля Польши еще здесь была. Потом все сгорело, война пришла. А колодец – остался. Вода – зубы ломит. С Немана водичка, через все подземные неведомые слои. Вкус – за уши не оторвать. В городах такой нет. И те, кто в твоей книге, тоже ее тогда пили. Многое поменялось, а вода – та же...

Пьем чай. Хозяин хитро на меня посматривает, потом говорит:
- Еще тут одно дело. Вот я – Савлук, Тимофей Захарович. И там, где ты спрашивал про лес, меня тебе назвали. И адрес сказали, и как найти. А сам – не называешься, молчишь. Отчего так?..
- Вы не спросили, а навязываться не стал. Может, вам не интересно совсем.
- Партизанский ответ – хозяин смеется. – Все разузнал, все разведал, сам назваться забыл – и дай Бог ноги…

Называюсь. Старик говорит:
- Познакомились теперь, считай. А как в город возвращаться станешь – подумал? Автобусов – час, как уже нет. У нас тут до девяти теперь ходят.
- Меня не пугает. Тут ходу всего, километра три. А там уже – по обстановке. Может, на вокзал до утра пристроюсь. Все равно ведь, на электричке потом придется ползти…
- А как – дождь?
- Не сахарный, в Сибири дожди и пострашней бывают.
- Упрямый, гляжу…

Хозяин усмехается, смотрит с той же хитринкой во взгляде:
- Помню, в отряде нашем таких двое было. Егоров, да Чума. Чумаков, значит, фамилия. Один с Енисея, второй с Ангары. А какой откуда, теперь и не вспомню. Вот как возьмут решать, кому взрывчатку тащить – ни один не уступит. Сибиряки, такое дело. Поперек природы стоять привыкли, и человеку не спустят. Хотя, удовольствие невелико, взрывчатку тащить…
Ладно, с дождем разобрались.
А как, если – хулиганы?

Тут уже усмехаюсь я.
- Хулиганы-то откуда? Здесь у вас ни клуба, ни танцев. Я же мимо проходил, клуб на ремонте. И вообще, вряд ли кому светит. Я боксом занимаюсь, первый разряд. Одного-двоих уложу, остальные сами разбегутся.
- И это верно. И тут ты прав. Давно в наших краях такого нет, чтобы попусту хулиганить. И бокс – хорошее дело. Мужык так і павінен жыць – чужога ні пядзі, але і свайго ні вяршкі.
Согласен?

Киваю. Не все понял, по смысл, кажется, уловил.

- Ну, раз согласен – я тебя на половине сына спать положу. Не за так. А завтра ты мне поможешь антенну повыше поднять. Тут нужен, кто понимает вопрос. Одному не справить, рук не хватает. Да и трудно мне уже по крышам скакать. Вот ты поскачешь, а я тебя наводить буду, куда вертеть. А к десяти у нас тут машина пойдет в сторону Лиды. Авось, тебя и подхватят, все по дороге. Вот и выйдет тебе двойной профит и экономия красивых башмаков.

Соглашаюсь без оговорок. Конечно, мне так гораздо удобнее.

Старик ведет меня на вторую половину дома. Показывает, где тут расположиться на ночь.
- Сын жил. Да уехал давно. Не трогаю ничего, вдруг, когда еще и вернется…

Утром поднимаемся в мансарду. Здесь, как у всякого радиолюбителя, полный кавардак. Вернее, так может показаться непосвященному человеку. А хозяин – всегда безошибочно знает, где тут любая из тысяч полезных ему мелочей.

У меня, кстати, дома такая же картина. Мать давно махнула рукой и мои многочисленные провода, катушки и конденсаторы заняли все свободное место в трехкомнатной квартире.

А тут – вообще лафа. Была бы у нас такая мансарда, я бы и не так еще развернулся…

У деда – богатый парк радиосвязи. На столе – одна на другой, – аж три самодельных станции. Да рядом пара простых приемников для наблюдений за эфиром. И еще две под столом, в военных зеленых ящиках-корпусах. Одна – «Р-105». И вторая, тоже УКВ, обозначения только не помню.
И два осциллографа. И куча мелких ящичков, набитых радиодеталями разных типов и номиналов. И магнитофоны: катушечная ламповая «Яуза», «Юпитер» и современный кассетник «Весна».
А в углу на старом трехногом круглом столе – граммофон и рядом куча пластинок в навал. И еще полки, набитые подшивками журналов «Радио» за разные годы.
В общем, барыги у магазина «Березка» сказали бы тут: «дед – упакован по полной»…

О чем я ему теперь же сообщаю.

Дед усмехается, говорит:
- Хламу здесь тоже, скажу, немало. Руки не дойдут ревизию хорошую совершить...
А так, да. Другой раз половину пенсии на увлечение свое трачу. А бывает, как ветерану войны радиоклуб чего-нибудь спишет в полцены. Не жалуюсь, интересно живу. Мир слушаю, связи навожу…


Он кивает на стенку, завешанную QSL-карточками, подтверждениями коротковолновых связей.
- Да вот антенна в последнее время чудит. Может, высоты подвеса не хватает. Может, угол к горизонту не тот. Вот мы ее теперь с тобой вертеть станем. Ты вертишь на крыше, я тут за сигналом смотрю. Паглядзім, на чым свіння хвост носіць…

Антенну установили. Завтракаем яичницей с салом и вареной картошкой. Потом дед говорит:
- Завлек ты меня своей идеей. Ночью, только прилажусь к подушке спать, идут сны про то время. Решил – с тобой в лес пойду. Хоть и без цели оно вроде.
Да ведь как там знать…






Tags: Повесть "В августе 84-го"
Subscribe

  • В августе 84-го (окончание)...

    Окончание. Гродно и прилегающие районы. (По некоторым причинам в текст внесены неточности, а сокращения не раскрываются). Ваш Коба.…

  • В августе 84-го (продолжение)...

    Продолжение. Пригород Гродно. Ваш Коба. Утром просыпаюсь рано, в начале восьмого. Ночью снился лес, какая-то мешанина из военных действий :…

  • В августе 84-го (продолжение)...

    Продолжение. В лесу. Ваш Коба. С компасом я худо-бедно справляюсь. В армии учили, а в школе вообще был командиром класса в…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments

  • В августе 84-го (окончание)...

    Окончание. Гродно и прилегающие районы. (По некоторым причинам в текст внесены неточности, а сокращения не раскрываются). Ваш Коба.…

  • В августе 84-го (продолжение)...

    Продолжение. Пригород Гродно. Ваш Коба. Утром просыпаюсь рано, в начале восьмого. Ночью снился лес, какая-то мешанина из военных действий :…

  • В августе 84-го (продолжение)...

    Продолжение. В лесу. Ваш Коба. С компасом я худо-бедно справляюсь. В армии учили, а в школе вообще был командиром класса в…