koba_sam (koba_sam) wrote,
koba_sam
koba_sam

Category:

«Страшный лейтенант Король» (окончание)

Рассказ короткий, уже закончился…

Ваш Коба.



Возвращаюсь в вагончик, Король размачивает в кружке чая сушку. Сушки лежат на столе в пакете – для всех, кому не жалко зубов.

- Давай знакомиться – говорит Король. – Тебе про меня рассказали, а мне про тебя – некому.

Коротко рассказываю, кто такой и откуда взялся. Король кивает:

- У Емельянова, значит, служил. Коли погнали – не страшно, в жизни еще всякое будет. Что думаешь, кто мужика этого подколол?

- Ну,… трудно даже сказать, ничего пока неизвестно.

- Достаточно известно – буднично возражает Король – это дело мы в два счета раскроем.

- А что для этого надо? – спрашиваю я.

- Ничего особо не надо. Фамилию мужика, адрес прописки знаем. Это тут рядом, на Четвертой Полярной, два шага шагнуть. Сейчас туда сходим, время самое подходящее.

- А не поздно? – интересуюсь я осторожно.

- Самое время – Король поднимается, застегивает полушубок. – Пошли, там видно будет.


***

На Четвертой Полярной Король проходит мимо нужного дома. Я пытаюсь остановить его, но Король отмахивается, заворачивает за угол и коротко стучит в ставень покосившейся хибарки под другим номером. Так же коротко взлаивают соседские собаки, но быстро замолкают. В этих закоулках видали всякие виды, даже собаки научены не брехать попусту.

Скрипит дверь, запуская Короля в дом. На крыльце он бросает мне через плечо:

- Покури пока тут.

Курю. Тишина. Темно и неуютно стоять здесь, будто висит в морозном воздухе невидимая угроза. Неприятное место, в Покровке таких много, поневоле хочется обернуться и посмотреть, нет ли кого за спиной.

Вспоминаю, как первое время работы в морге – оглядывался со страхом на любой случайный звук. Да и просто так, без всякого звука оглядывался тоже, если начинала мерещиться всякая чертовщина.

Потом меня «вылечил» один врач-трупорез, который всегда носил из дома обед в сумке. Однажды вытащил оттуда вареную курицу, положил на стол и философски заметил: «Вот люди – боятся покойников обычно. И ведь никто же не боится, например, зайти на кухню ночью, если там на столе зловещая мертвая холодная, синяя курица…»

После этого я понял, что страх уходит, если его высмеять. Но есть другие ощущения, такая вот внутренняя тревога. К ней лучше прислушиваться, в одной научной книге написано, что это у нас неспроста, а еще с древних времен. Ну, вроде как чутье у собаки, не совсем изученное учеными свойство. Позволяет предвидеть некоторые вещи, а вот как, – никто
не знает пока.

Минут через десять появляется Король. Выбираемся обратно на Березина, сворачиваем в сторону парка, идем молча. Я не расспрашиваю по пути, а спутник мой молчит.

- Сейчас съездим в один адрес – говорит Король, на подходе к нашей машине, которую прогревает Валера недалеко от вагончика.

- Бензина мало.

- Тут много не надо. – Король распахивает дверцу уазика, кивает мне – Садись, поехали. Нам нужна улица Полярная, дом я покажу.


***

Дом на Полярной – двухэтажный барак с шиферной крышей и высоким забором. Но калитку на ночь в таких домах не запирают, тут много жильцов, каждому открывать не набегаешься. Валера остается в машине, мы вдвоем тихо проходим во двор.

В сенях, возле лестницы на второй этаж, Король шепотом говорит:

- Здесь живет, который ударил ножом. Ты посматривай, чтобы глупостей не было. Но сам вперед не суйся и молчи.

Нужная квартира под номером двенадцать. Король стучит по косяку костяшкой согнутого пальца, сама дверь обита полопавшейся от старости черной дерюгой, в коридоре пахнет плесенью, мышами и какой-то кислятиной.

- Хто? – спрашивает немного погодя сонный голос из-за двери.

- Открывай, Илья, Король пришел по делу.

- Ты што ли, Григорьич? – уточняет невидимый собеседник. – А утром как-то нельзя?

- Раз пришел, значит нельзя.

За дверью тишина, потом слышен звук отодвигаемой щеколды. Входим, Король идет первым. Справа большая печь, за ней закуток со столом и лежанкой. Дальше дверной проем в комнату, задернутый желтой занавеской, больше похожей на скатерть. В помещении сильно натоплено, после холодного коридора здесь, как в парной.

Илья – крепкий мужик в трусах и майке, руки и плечи разрисованы лагерными татуировками. Взгляд у него недобрый, но держится спокойно и подчеркнуто уважительно.

- Здоров был, Илья. – Король подтягивает табурет, садится, продолжает. – Нам бы на племяша твоего, Володьку, поглядеть сейчас.

- А што на него глядеть? – как с работы вчерась пришел, так пьяный и спит вон там… – хозяин квартиры машет лапищей в сторону занавески. – Я к его жизни не касаюсь, он в мою не лезет, остальное нам по фарватеру. Живем, как можем, и ладно.

- Добро, – кивает Король, – так мы тогда пойдем…

- Это как?.. – На лице Ильи написано искреннее удивление. – А приходил тогда зачем?

- А на тебя поглядеть. – Голос Короля меняется, появляются нотки металла. – Поглядел, все так же врешь, как раньше. Значит, не взялся за ум. А я тебе одну попытку давал тогда. А ты ее профукал, и больше не проси. Дальше будет по закону, а по совести – ты не схотел сам. И пойдешь за соучастие, если другое не докажем тебе. Например, что ты тут сидишь, а племяш – людей по твоей наводке режет…

- Эй, Григорьич, ты сразу за глотку-то не бери! – Илья оторопело щурится, отступает, тоже садится на табурет в углу. – Я ж только на ровный киль, считай, встал. Я же в Речпорту уже год служу, взяли по двигателям, по ранешней профессии моей. А Вовка, если чего натворил, пускай отвечает сам, сучий сын! Я тебе его сейчас, в лучшем виде, рабочей рукой изображу…

Илья срывается с табурета, отдергивает штору в проеме, рычит:

- Ну-ка, салажня худая, подъем! Сам Король за тобой пришел, доигрался, баста!

И буквально тут же тащит из комнаты всклокоченного парня лет двадцати пяти. Тот упирается, но соперник явно сильнее.

- Вот, забирай! – победно рапортует Илья. И уже обращаясь к племяннику, заканчивает – все, сил моих больше на тебя нет! Здоровый лоб, а ума – нуль. Дадут теперь по рогам червонец, научат думать башкой. А не научат, – и хрен с тобой совсем!

Мне непонятно, почему этот Вова не бежит. Здесь всего второй этаж, внизу сугробы, давно бы мог сигануть в окно. На нем убийство, если все правильно просчитал Король. Ну, допустим, бандит не знает, что потерпевший умер. Но разница не сильно велика, бил ножом все равно он. Да еще, в составе группы. Да еще, докажут корыстный мотив и преступный сговор. Здесь не «червонец», может, и гораздо больше…

Вова угрюмо сидит на табурете, смотрит в сторону.

- Нож куда дел? – спрашивает Король.

- В сарайке спрятал, под бочками в углу там…

- А резал зачем? – продолжает Король.

- Сначала не хотел, так вышло потом. Мы закурить спросили, он в бутылку полез. Ну, пьяные, чо… да и он стал оскорблять…

- Понятно – резюмирует Король. – Что не соврал, это хорошо. Кто с тобой был,– не спрашиваю, сам знаю уже. Сядешь теперь, но за дело посидеть не грех. Грех, что человека убил. За это с тебя спросят на небесах, там другой спрос. Собирайся, с нами пойдешь.

Так просто и буднично я бандита и убийцу еще не задерживал никогда. Правда, не много мне пока и выпало задерживать серьезных блатарей, но этот случай – из ряда вон.

Выводим Вову к машине, я надел на него наручники, но он идет сам, еще тащит рюкзак со сменой белья и другими причиндалами для тюрьмы. По пути заходим в сарай, забираем под бочками нож со следами крови.

- Ладно – говорит мне Король возле машины. – В отдел довезёте, там рапорт о задержании напишешь. А я пошел, мне тут недалеко идти, прогуляюсь по холодку.

- Думал, вы с нами поедете – оторопело говорю я. – Вы же их сам вычислили, другие тут не при делах. И что я в рапорте укажу, как на него вышел, как задержал?

- Укажешь, как было – впервые улыбается Король. – Вы ехали, он шел. Остановил вас и сдался добровольно. Привел домой, отдал ножик, собрал манатки и уехал на тюрьму. Явка с повинной, короче, будет. А дежурному на словах скажешь, я утром зайду, с операми пошепчусь.

- А так можно?

- Можно, если все по уму. Королю порядок нужен. А кто там задержал, мне десятое дело.

Валера разворачивает уазик на выход из тупика. В свете фар виден уходящий Король. Невысокий человек в тулупе и валенках. Прошел войну артиллеристом. Пришел в розыск в 1955-м году. Двадцать лет изо дня в день и ночь-полночь держал порядок в Покровке. Воры и бандиты ломали шапку при встрече. Между собой называли уважительно: «Страшный лейтенант Король».

Было, за что.


Tags: «Страшный лейтенант Король»
Subscribe

  • Жаль только, жить в эту пору прекрасную...

    Вот я бы хотел дожить до дня, когда Россию, наконец, накажут всерьез – перестанут летать транзитом над ее территорией (ок. 55 тыс. рейсов) и…

  • Красота спасет мир

    Как понимаю, по Минскому туристу не высказался уже только ленивый. И этот ленивый – я... Ваш Коба. Ладно, выскажусь. Не удивлюсь, если уже…

  • "Хрестоматия спорта"

    Я периодически подумываю, не написать ли мне эдакую «хрестоматию спорта»... Ваш Коба. В легкой художественной форме, – такая…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments

  • Жаль только, жить в эту пору прекрасную...

    Вот я бы хотел дожить до дня, когда Россию, наконец, накажут всерьез – перестанут летать транзитом над ее территорией (ок. 55 тыс. рейсов) и…

  • Красота спасет мир

    Как понимаю, по Минскому туристу не высказался уже только ленивый. И этот ленивый – я... Ваш Коба. Ладно, выскажусь. Не удивлюсь, если уже…

  • "Хрестоматия спорта"

    Я периодически подумываю, не написать ли мне эдакую «хрестоматию спорта»... Ваш Коба. В легкой художественной форме, – такая…