koba_sam (koba_sam) wrote,
koba_sam
koba_sam

Categories:

"Покровка - мать порядка" (окончание)...

Эпилог.

Ваш Коба.



Прошло четыре года.
Встречаю Алексея Григорьевича на набережной. Он теперь на пенсии, молодой дед, пасет здесь своего первого внука. Первого, потому что убежден – внуков будет в целом существенно больше.
И завтра они идут на первомайский парад.
Будут махать флажком высокой трибуне. Ну и мороженое, конечно.

Ходим вдоль набережной, разговариваем. Внук увлеченно копает желтым совочком весеннюю грязь, внимательно рассматривает найденные зеленые стеклышки.
Говорю:

- Ну, понятно. Будет криминалистом. Копает глубоко. Изучает на просвет.

Алексей Григорьевич смеется:

- Своих заведи, там и командуй. Будет астрономом. На худой конец, директором цирка.

- Полезные профессии…

- Для здоровья – определенно. Этого – интересуют только звезды. А тот – может однажды взять, и уволить всех клоунов. И ничего ему за это не будет. Скажет, что они не смешные – в рамках нового курса на перестройку, гласность и новое мышление. И кто возразит?..

Гуляем дальше. Спрашиваю:

- Чем там закончилось тогда с Володарским? Сначала вроде гоношились, а потом – тишина.

- Ну, чем. Дали ему двенадцать лет. Он начал «колоться», давать интересный расклад. Понятно, не хотел идти «паровозиком». Чтобы лоб зеленкой не мазать. Там же целый пучок статей, одна другой краше.
Потом ему кто-то «слил», что подельника прибрали в райские кущи.
Ясно, он стал менять показания, валить на покойника. Причем, довольно грамотно повел. Были, видать, советчики, подсказывали. Двигалось дело со скрипом, с разных уровней давили, чтобы притормозить.
В смысле, «разобраться объективно и не рубить с плеча».
Большие фамилии, в общем, зацепило...

Подробностей не знаю, там особый порядок ведения, юрисдикция ЧК.
Короче, много художников писало это батальное полотно.
Пока не вышел правильный портрет слабовольного молодого дурака.
Попал под влияние, оступился, наломал дров, раскаялся, осознал.
Суд назначил достаточный срок для исправления.
Порок наказан, канал хищения перекрыт, все идут пить чай. Кому положено, с марочным коньяком…

Алексей Григорьевич усмехается, продолжает:

- Тут анекдот рассказали: «Какая разница между ЧК и ЦК?
Ну, в ЧК – чикают,… это, если только в ЦК – не цыкают…»
Смешно.
В общем, вот так. А у тебя что?

- Переводиться буду. Тут должность предложили. Новое дело – прыгать, стрелять…

- И правильно. Прыгай, стреляй. Может, директором цирка станешь…

Прошло еще десять лет.
Я давно в Москве.
Директором цирка пока не стал, но перспективы имеются.

Город тут большой. Правда, на окраине страны. Поэтому, часто летаю в центр, в Сибирь. Примерно, три раза в неделю. Ничего, не напрягает, привык. В принципе, обычное дело. Прыгнул в машину, газанул в порт. Бросил машину на поле, сел, улетел.
Нормально. Можно привыкнуть. 
Главное, включиться в процесс. Ну и чтобы результат, конечно…

Еду из Абакана.
Трасса тут – загляденье. В Москве таких не построят. Слишком дорого обойдется. А откуда там деньги? Правильно, отсюда. Здесь много, и мы не жадные.

Люблю эту дорогу.
Четыреста сорок километров до Красноярска. Обычное время в пути – три часа с минутами. Это, если особенно не нажимать, в удовольствие. А так, было, и за два с половиной долетал.
А чего, машина позволяет.
Да и движение тут не сильно большое. Бывает, на озера народ чешет. Тогда, плотно. А так – редкие грузовики.

Половина пути – горный перевал. Половина – хакасская степь. Красота.
Степь тут, понятие относительное. Дорога между древних сопок, курганов и холмов. Отроги Саянского хребта. Самый старый горный кряж планеты.

Прикинуть, сколько здесь добра под землей…
Шапкой черпай, короче.
Америка, конкретно, отдыхает.

Странное сегодня настроение. Почему-то хочется включить радио.
Я никогда не включаю радио в машине. Я его вообще никогда не включаю, нигде. Мне не нравится радио. Там говорят то, что меня сейчас не интересует.
То, что интересует, там все равно никогда не скажут.
Да и толку. Я об этом знаю лучше.

И песни там крутят – для дураков.

Включаю радио. Даже не знаю, как тут надо нажимать.
Если ткнуть кассету, тогда автоматически. А так – черт его знает...
Тычу наугад. Черт с ним, пусть ищет сам...
Обрывки голосов, музыка, свист…

- …и вот теперь, Саша из далекой Сибири, по твоей просьбе прозвучит Вика Цыганова…

Ржу.
Ага, вот еще Вики Цыгановой я не просил!

Тянусь выключить. Рука замирает у кнопки...

- Сержантик поймал крокодила, в ментовку его поволок, зеленый косил под дебила, икал и плевал в потолок…

Чего-о?!

Торможу в пол. Дым покрышек, АБС с такой скорости отработать не успевает.

Стою посреди хакасской степи…

- Но все же чекисты узнали в простом крокодиле врага, и в камере долго пытали зеленого, бля, мудака… Гена-крокодил, зря ты коммунистов не любил…

Смеюсь в голос, остановиться не получается…

- Геночка, не плачь – Володарский падла и стукач…

Слушаю до конца, захлебываюсь смехом.

- Отважный майор Чебурашка,
Недавно погиб на посту.
От водки загнулся дурашка
Ваще так и надо скоту…

Накрыло, значит. Вика Цыганова по просьбе Саши из далекой Сибири…
Сколько там прошло? Почти пятнадцать лет.

Ехать дальше пока не могу, досмеялся до слез и тяжелой пустоты в животе.
Выхожу, разминаюсь. Умываюсь из бутылки с минералкой. Достаю сигарету, щелкаю зажигалкой. Черт, не горит! Чиркаю еще, раз десять...
Искры есть, огня не выходит.
Дерьмо.
Зажигалка «Дюпон».
Белое золото, проба.
Тяжелая, как кусок свинца. Взял неделю назад. Две штуки «зеленых».
Дерьмо!..

Возвращаюсь в машину, бросаю зажигалку в ящик для перчаток. Раньше такой ящик называли «бардачок».
Опять смеюсь.
«Перчаточный ящик», Европа, пять вилочек слева…
Дерьмо!

Тычу деревянную панель пепельницы. Открывается плавно, не торопясь. Так микролифт опускает иглу на винил. Раньше - нравилось. Теперь - раздражает.
Прикуривателя в гнезде нет.
Черт!

Лезу в перчаточный ящик. Потом в другой, в подлокотнике между сидений.
Нигде нет.

Метрах в тридцати впереди навстречу тормозит «Нива». Какой-то дядька выходит, роется в багажном отсеке. В руке дымит сигарета. Ну, хоть так…
Вылезаю опять, иду прикуривать.

Дядька из «Нивы» хлопает дверку багажника, спускается с дороги в поле. В руках пакет.
Вижу чуть дальше оградку и какой-то памятник.
Такие памятники стоят вдоль дорог – там, где кто-то погиб в ДТП.

В принципе, неудачное место, прикуривать. Ну, возвращаться глупо.

Догоняю возле оградки. Оборачивается.
Сан Саныч.

Тот…

- Чего?

- Прикурить хотел.

- На.

Протягивает зажигалку.
Прикуриваю.
Спрашиваю:

- Вы давно здесь? Пенсия? Как живете? Абакан?

- Нормально живу. У меня в сторону Минусинска огород. Там и живу. Двенадцать соток. Картошка, огурцы. Помидоры еще хорошие растут. И много, одному мне столько не надо. Продаю, бывает, на рынке. На засолку там, ну и так, кому нравятся.

- Берут?

- Нормально берут.

Молчим, курим.

- Значит, все хорошо. И берут нормально, и живете нормально…

- Ага. Тут недавно стоял, продавал. Вдруг, машины подъезжают. Хорошие машины, черные, большие. Такие у нас теперь часто. Вот, примерно, как у тебя. С маячками на крыше. Обычно в сторону Саяногорска потом уходят. Там же завод. За ним нужно смотреть. Нельзя на произвол судьбы. Каждый десятый килограмм русского алюминия – там. Нужно смотреть, дело ответственное. Народ строил. Вдруг, украдут. Еще, там, говорят, дополнительную эмиссию сейчас готовят. Переоценку основных фондов. Как приготовят, все станет совсем нормально…

- Слышал…

- Понятно, слышал. На это тебе и машина. И маячок. Должен исполнять.

Опять молчим.

- Ладно, а что там было-то? Ну, торгуете, они подъезжают…

- Да ничего особенного, нормально. Подъехали, вышли, помидоры у меня купили. Спросили еще уважительно: «Хорошие помидоры, отец?».

- И что?

- Хорошие. А который брал, говорит: «Ясно, хорошие. Дело знаете, у вас плохих не будет».
Присмотрелся, знакомый.
Ну, старый твой друг.
Володарский.

Хорошо выглядит. Примерно, как ты. И охранники вокруг. Государственный человек.

- Чего?!..

Давлюсь дымом. Кашляю. Говорю:

- Какой он друг?! Вы что, забыли, как там все было?..

- Почему, помню. Память пока не пропил. Понятно, тогда он другом не был. Время было такое. А теперь, стало другое.
Время Володарских.
И тех, кто им служит.

Поворачиваюсь, иду к машине. Останавливаюсь. Возвращаюсь обратно. Спрашиваю:

- Как вас зовут-то хоть? Тогда ведь… так я не узнал.

- Сергей Владимирович зовут. Вернее, звали. А теперь, никак. Теперь я при помидорах. А им неважно. Лишь бы поливали.
Ты езжай, Саша. Не обижайся. Я понимаю. Пока жив, нужно как-то жить. Вот и я тоже. Помидоры, огурцы. Кушать-то надо.

Спрашиваю:

- Кто здесь у вас?

- Друг. И семья моя. Он их вез. Давно это, еще как на пенсию я ушел. Ночью было. Видишь, поворот? Из-за него вышли, поперек дороги камаз. Ну и все. Пытался уйти, да камаз с прицепом. Некуда. Ну и вот сюда.
И все.

Ты езжай. Мне тут надо со своими побыть. Выпью вот с ними. Да и тоже поеду.

Сажусь в машину.
Сижу. Пытаюсь вставить ключ. Не вставляется. Это не ключ. В руке зажигалка. Забыл, значит, отдать. Прикуриваю новую сигарету. Завожу. Жму на педаль. Трогаюсь. Машина идет в разгон. Тут быстрый разгон, двигатель позволяет. Дорога летит навстречу, сжимается в узкую полосу. Степь исчезает, только дорога, летящая на капот. Стрелка спидометра лежит справа. Ограничитель. Триста...

Пошел в перевал. Тут длинный подъем. Потом начнется связка крутых поворотов, «тещиных языков». Жму. Двигателю тяжело, две с половиной тонны железа.

Ничего, это уже неважно. Тебе нажали – должен исполнять...

Ухожу с крутого перелома полотна вниз. Впереди поворот под девяносто. К нему идет встречный камаз. Видно с горы хорошо. Он с прицепом. Встретимся внизу. Идет быстро, станет спрямлять траекторию, выйдет на встречную полосу. Я тоже выйду. Скорость двести. По бокам тайга, уходящая вниз.
Жму.
Еще секунд пять.
Четыре.
Три…

Машина садится на задние колеса.
Скрежет и свист металла об асфальт.
Руль дергает из рук вправо.
Вижу белые глаза шофера встречного грузовика.
Секунда, пролетел мимо…
Ветром бьет в стекло мелкие камешки.

Тишина.

Машина стоит у обочины.

Выхожу. Оба задних колеса и правое переднее в лохмотья. Диски потрескивают, шипят. Начинается мелкий летний дождь. Прикуриваю, беру сигарету в кулак, сажусь на капот. Впереди, в метре, обрыв и тайга без края под ним.

Тишина.
Кричит кукушка.
Далеко слышно.
Слева скала. Справа море тайги и горы, сколько хватает глаз.
Хорошо так сидеть. Нормально.

Навстречу подходит машина. ГАИ. Останавливается в десятке метров. Выходит старший лейтенант, молодой парнишка. Лет двадцать пять. Идет ко мне.
Встает, смотрит.

- Чо смотришь, старлей? Живого человека не видел?

- Да я, это…

- Чо, «это»?..

Протягиваю удостоверение. Открывает машинально, продолжает смотреть на меня.
Потом читает, возвращает книжечку, говорит:

- Это… да я ничего. Извините, товарищ советник… Тут с поста звонили, говорят: «Прошла машина… гляньте, парни, какого цвета,… не успели, мол, разглядеть…»

- Скажи: цвет темно-серый, Мерс-600, кузов 140, движок V-12, 470 сил от «Брабуса», набор до сотни за 5 секунд, максималка 300 в час, полбака бензина, ключ в замке...

В салоне никого нет.

Ждет следующего хозяина.

Поменял колеса, поехал…
Хочешь быть следующим, старшой?





Subscribe

  • О скучных книжках

    Из ФБ: «Вопрос навеян вашим последним постом о Росконе. Скажите, насколько отличалась подготовка в вашем подразделении от подготовки,…

  • О факторах случайности

    Из ФБ: «Посмотрел ваш ролик о захвате бандитов и вообще ничего не понял, полный сумбур какой-то, кто-то все время кричит «Захват,…

  • О врагах Отечества

    Предыдущий пост о «заклепках» принес десяток писем в «личку». Всем ответить не могу, занят подготовкой к Москве, много…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 67 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • О скучных книжках

    Из ФБ: «Вопрос навеян вашим последним постом о Росконе. Скажите, насколько отличалась подготовка в вашем подразделении от подготовки,…

  • О факторах случайности

    Из ФБ: «Посмотрел ваш ролик о захвате бандитов и вообще ничего не понял, полный сумбур какой-то, кто-то все время кричит «Захват,…

  • О врагах Отечества

    Предыдущий пост о «заклепках» принес десяток писем в «личку». Всем ответить не могу, занят подготовкой к Москве, много…