koba_sam (koba_sam) wrote,
koba_sam
koba_sam

Categories:

"Один день Дениса Ивановича"...

Рассказ. Будет продолжение...

Ваш Коба.



Квартира была хорошая.

Да что там, отличная четырехкомнатная «сталинка» в престижном районе, окнами на реку. Обошлась она, конечно – мама, не горюй! Но тут, извините, одно из двух. Или – «на все деньги». Или – кредитный курятник в новострое, соседи-лимитчики, драки во дворе за парковку и шприцы на лестнице.

Еще раз – извините!

Сергей Исаевич не на помойке себя нашел. Жить нужно так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы. Великая истина из старого школьного учебника. Когда-то умели составлять школьные учебники, не будем кривить душой. Не все было плохо тогда. Но жить правильно, к сожалению, не у всех получалось.

У Сергея Исаевича – не выходило в те годы жить правильно.

Ну, чтобы на полную катушку. И тебе бы за это ничего не было. Тогда могли сильно осложнить жизнь, если вдруг взял, и высунулся не по чину. А чин в ту пору был у Сергея Исаевича невысокий, грузчик, а потом продавец в овощном магазине. Это не мебельный или обувной, – что там особенно наработаешь на гнилой картошке?

Жить приходилось скромно, отказывать себе во многом, ютиться в двухкомнатной «хрущебе» на Каховке.

А такие квартиры, как эта – были положены только начальству. Или, там, каким-нибудь передовикам производства. Знаем, как получались такие
«передовики», сами занимались приписками, давали отчетность в трест и повыше, раздувая всякие цифры. Тогда без этого было – никак.

Но, слава Богу, рухнуло. Все стало по-честному: есть деньги – живешь по-человечески. Нет денег – извините, отдыхайте.

Сергей Исаевич посмотрел в окно. Вот умели же строить, черт бы их там забодал!

Дом стоит на пригорочке, от шумной набережной отделяет небольшой скверик. За пышными кронами теряются и звуки, и унылые нескончаемые хвосты московских автомобильных «пробок». Вышел на балкон – видно реку, мосты, и даже кремлевские звезды.

Спустился во двор – пожалуйте, стояночка за шлагбаумом для своих. И посольство какое-то под боком. А всего пять минут переулками – Таганка, магазины, казино, цивилизация. Живи – радуйся. И соседи, куда ни глянь, приличные, интеллигентные люди.

Видел, например, вчера известного певца поблизости. Гулял, между прочим, даже с собачкой. Ну, который, еще когда-то про свадьбу, помните? Пела, мол, и плясала. «И мы на эту свадьбу донесли…»

Сергей Исаевич рассмеялся воспоминаниям.

Жизнь складывалась. Немного погодя, можно будет замахнуться и на коттедж. Например, на Успенском. Смотрел несколько вариантов за разумные деньги, а можно, и сбить цену при случае. Но это, если нормально сложатся карты в бизнесе, получится развернуть новые филиалы фирмы.

Бизнес у Сергея Исаевича был благородного свойства.

Он так и говорил: «У меня – благородный бизнес. Я помогаю людям в тяжелую минуту. Сейчас, например, два ломбарда и ссудная касса. Если кому-нибудь трудно, если «черная полоса», всегда помогу не раздумывая! Наше дело – подставить надежное плечо, не давать отчаиваться в жизни. Скольким уже помогли, даже не знаю. Счет идет на тысячи. А так бы – что они без нас делали? Иногда, о себе забываешь, весь в мыслях, как решить чужие проблемы…»

Но теперь, наконец, выдался случай подумать и о себе.

Квартира, спору нет, хороша. Но старые хозяева запустили ее безбожно. Скажем, кому придет в голову сейчас белить стены? А тут, представьте, до недавнего времени белили. Или, паркет. Этому паркету, друзья, место на дальней свалке. И настелить новый, лакированный, последней модной коллекции.

И не просто настелить, а выкинуть снизу все эти лаги и подпорки, да сделать добротную цементную стяжку. Представьте, сколько добавит высоты потолку, если пол опустить сантиметров на двадцать. Такое только прикинуть, и то в мыслях приятно…

Полом сейчас занимались ремонтники. В соседней комнате стоял скрип выдираемых гвоздей и треск пересохших паркетных плашек. Сергей Исаевич и заехал теперь на квартиру – дать руководящие указания бригадиру и напомнить, что заказчик не лох, за косяки или небрежность в работе строго спросит.

Сергей Исаевич отвлекся от мыслей. В дверях стоял бригадир:

- Это, хозяин… там под полом какую-то коробку мужики нашли. Трогать не стали, ждем вашего указания…


***

Эбонитовая черная коробка оказалась довольно увесистой. На крышке – рельефная надпись: «Тонометр манометрический ртутный» ГОСТ 6915-71. Когда-то давно в таких хранили медицинские приборы для измерения артериального давления.

Кому понадобилось прятать ее под паркет? Клад?!

Сергей Исаевич утащил коробку на кухню, подальше от чужих глаз. Здесь можно было сесть, поместить находку на стол и внимательно изучить содержимое.

А вдруг, действительно, клад?!

Это было бы весьма кстати. При такой внушительной цене за квартиру, – кто же откажется получить неожиданную компенсацию?

А дом этот, кстати, когда-то делили между собой три ведомства: МИД, МВД и МГБ СССР.

Интересно, какому тогдашнему функционеру пришла нужда заховать свои незаконно присвоенные сокровища поглубже?

Сергей Исаевич дрожащими руками отстегнул перекидную защелку замка. Скрипнула, поднимаясь, крышка коробки, пахнуло потревоженной терпкой пылью.

Внутри – два газетных свертка, небольшой металлический предмет с надписью «Вега-2», несколько пластмассовых коробочек с такой же надписью и бумажный пакетик черного цвета. Еще был стальной бокс-стерилизатор для шприцов, перевязанный куском медицинского жгута.

В свертках – увязанные бечевкой пачки старых советских банкнот, по двадцать пять и пятьдесят рублей. В черном пакетике – стопка невнятных фотографий почти карманного формата, разглядеть трудно, какие-то тексты.

Металлический предмет оказался фотоаппаратом, а пластмассовые коробочки, видимо, пленка к нему. В стерилизаторе – пустой шприц, три иголки и пара ампул с какой-то жидкостью. И еще, стеклянная пробирка с плотной резиновой крышечкой и надписью «Валидол».

Сергей Исаевич разочарованно хмыкнул. Ничего, по существу, интересного. Прятать деньги – еще понятно. Но зачем убирать в тайник шприц и таблетки валидола?

Он покрутил в руках пробирку, подцепил крышку ногтем, вытащил резиновую пробку и вытряхнул на ладонь таблетку. В ту же секунду запершило в горле, онемели нижняя губа и подбородок, перехватило дыхание.

Он попытался встать, руки поехали по столу, земля ушла из-под ног, и Сергей Исаевич завалился набок, теряя сознание.


***

- Ну, что у тебя с этим несчастным случаем на набережной? – только, учти, кратенько… – прокурор нетерпеливо посмотрел на часы, пояснил – Генеральный собирает на шестнадцать, по пробкам едва успеваю.

- Неясно пока. Прибыл на место, работала опергруппа из районного управления, дознаватель, оперативники. Эксперт сказал, отравление парами цианида. Тело увезли на вскрытие, по результату и будет заключение…

- «По результату… и заключение…» – передразнил Мохова прокурор, кидая в портфель папки – без тебя не догадался. Меня интересует суть, и пока – только кратенько. Объективная картина предполагает умысел на совершение преступления? Что там эти ремонтники? Не могли, скажем, «на почве возникших неприязненных отношений»?

- Дознаватель опросил, из показаний не складывается. Ну и эксперт. Говорит: «Трудно представить убийцу, что травит жертву парами цианида и тут же лезет ее спасать, рискуя немедленно отправиться следом». Они там, чуть не искусственное дыхание пытались организовать на первых порах этому потерпевшему, пока «скорая» не приехала. И хорошо, что не умеют. И еще, он таблетку выронил, закатилась под стол. А так бы, покойников было несколько больше. Это все эксперт говорит, в смысле…

- Я не пойму?! – прокурор оставил портфель, сел, посмотрел на Мохова неприязненно – У нас что, теперь уже эксперт – основное процессуальное лицо в предварительном расследовании? «Эксперт сказал», «эксперт считает». Ты зачем туда ездил?

- Ну, вы же просили, «кратенько»…

- Так, ладно, – прокурор поднялся,– некогда мне теперь. Ты зайди пока до Малахова. Он тебе растолкует, как рапортовать руководству кратенько и по сути.


***

Малахов сидел в конце коридора. Мохов осторожно потянул дверь, заглянул в щель. Малахов увлеченно рубился в пасьянс на экране компьютера. Обернулся на скрип, спросил:

- Чего тебе?

- Вы бы ноутбук отвернули, Иван Семенович, видно же сразу…

- Ты выйди, на дверь внимательно погляди.

- Это еще зачем? – испугался Мохов.

- Там написано – охотно пояснил Малахов – «Старший следователь по особо важным делам». И еще, фамилия моя тоже написана. Это, чтобы не ошибиться.

- Так я знаю, читал.

- Видимо, не до конца. Ниже приписка: «Начальству не указывать попрошу» – заржал Малахов. – Чего тебе, сынок? Говори, если пришел.

- Меня Первый послал…

- И что послал, тоже видно. Теперь, по существу вопроса: кратко, сжато, по фактам.

Мохов поведал об утреннем происшествии, перескакивая с пятого на десятое. Малахов выслушал, не перебивал. После сказал:

- Ага, и что?

- Так и я не знаю…

Малахов поднялся, отошел к окну. Задумчиво постоял, качаясь с пятки на носок, руки в карманах.

- Вот, представь. Завтра выходят газеты, там написано: «Особняк» Малахов из прокуратуры N-ского округа выпал вчера из окна рабочего кабинета. Разбился в лепешку. Следствие отрабатывает несколько версий случившегося». Что будет после?

- Ну, не знаю – опешил от такого Мохов. – Смотря, где будет. Слухи, конечно, сразу пойдут. Скажут: «Он что-то раскопал, его устранили». А другие скажут: «Все понятно, ему не давали нормально работать коррупционеры». А вам зачем – в окно?

- Разумный вопрос. – Малахов кивнул одобрительно. – Отвечу. А вот, понимаешь, захотелось. Хочется, спасу нет. Достало. Утерял смысл жизни. Как жить, если утерял? Вот, например, пасьянс. Знаешь, какой у меня личный рекорд в пасьянсе? Пятьдесят четыре секунды.

А хочется, чтобы сорок пять. Или, например, вообще – тридцать. Ведь есть же, кто собирает за тридцать. А я – не могу. Бьюсь уже пятый год – шиш! То есть, не способен вырасти над собой. Уперся в потолок личных возможностей. Зачем тогда жить, если на свершения не способен? Уходи, освобождай место молодежи…

- Вы это… серьезно?

- Вполне. А знаешь, почему этого не будет?

- Ну,… вы же умный, грамотный человек, всякое видели, многое знаете. Поэтому, наверное.

- Не угадал. Просто, здесь второй этаж – пояснил спокойно Малахов. – Не выйдет лепешки, и зачем бы тогда мараться? Вот так и в жизни. Есть очевидные факты, к ним привыкаешь, и значения не придаешь. А они как раз и решают. И задача следователя – их рассмотреть. Вот ты, сколько уже у нас работаешь?

- Второй год,… примерно.

- Кабы третий, сказал бы: «Сворачивай лавочку». А так – ладно еще. В общем, дело твое – несчастный случай. Но обстоятельства – весьма интересные.

Поэтому Первый тебя и послал. Подследственность, конечно не наша. Но в рамках прокурорского надзора я это на карандаш возьму. Пусть проведут предварительное расследование, запросим материалы, там и поглядим…



Tags: "Денис Иванович"
Subscribe

  • О тайге

    Обычно засиживаюсь на работе, ухожу поздно. Иду пустыми улицами и мечтаю: вот настанет, чай, золотое время, и я вернусь в родную тайгу навсегда. И…

  • О кино

    В почте: «Когда будете снимать свой фильм про теплоход? Не терпится посмотреть, что получится». Пока маленько не хватает на съемки,…

  • «Сталин черных поступков не покрывает»

    Просто рассказ. Раньше не публиковался... Ваш Коба. О ЗАСАДАХ, ВНИМАНИИ К МЕЛОЧАМ И ПОЛЬЗЕ КУРЕНИЯ Засада – занятие унылое. Придет ли кто…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments

  • О тайге

    Обычно засиживаюсь на работе, ухожу поздно. Иду пустыми улицами и мечтаю: вот настанет, чай, золотое время, и я вернусь в родную тайгу навсегда. И…

  • О кино

    В почте: «Когда будете снимать свой фильм про теплоход? Не терпится посмотреть, что получится». Пока маленько не хватает на съемки,…

  • «Сталин черных поступков не покрывает»

    Просто рассказ. Раньше не публиковался... Ваш Коба. О ЗАСАДАХ, ВНИМАНИИ К МЕЛОЧАМ И ПОЛЬЗЕ КУРЕНИЯ Засада – занятие унылое. Придет ли кто…