koba_sam (koba_sam) wrote,
koba_sam
koba_sam

Categories:

Станция метро "Зеледеево" (часть седьмая)...

Продолжение. Кажется, что-то начинает проясняться...

Ваш Коба.



Собираюсь на обед, звонит телефон в кабинете. Снимаю трубку – на проводе Ряпов:

- Слушаю вас, Лев Игнатьевич.

- Знаете, мне бы очень хотелось встретиться. Вот прямо не откладывая, это может быть очень важным.

- Хорошо, вы сейчас где?

- Я тут непосредственно рядом, звоню вам прямо из автомата кинотеатра «Луч».

- Идите в парк на центральную аллею, минут через десять возле шахматной секции я вас найду.


***

Ряпов нервничает. Это очевидно, он постоянно поправляет манжеты рубашки в рукавах пиджака и теребит шелковый шарфик на шее. Говорит, пытаясь казаться спокойным:

- Здравствуйте, а ведь несказанно рад встрече с рассудительным специалистом в области человеческих отношений и э-э-э… некоторых аномальных явлений, скрытых от взора рядовых членов нашего общества.

- Это преувеличение, Лев Игнатьевич. Нет «рядовых членов нашего общества», каждый хорош на своем месте. Главное, чтобы без равнодушия.

- И без сомнения! – Ряпов прижимает руки к груди, театрально демонстрируя высшую степень душевного согласия. – И снег, и ветер, и звезд ночной полет! Именно и только горячее сердце – залог движения к намеченной цели, к величию осмысленного творческого труда! Вернее, к его созидательному результату.

И здесь, знаете, каждому надлежит определяться – кто ты? – трость ли, ветром в поле колеблемая, или вкопанный основательно межевой столб, на который берут ориентир лошади неудержимого прогресса человечества.

- Образно, Лев Игнатьевич.

- Вы правы, это от волнения. От волнения и внутреннего душевного подъема. Знаете, следуя вашему давешнему совету, взялся в краткосрочный творческий отпуск – окинуть былое, осмыслить грядущее...

Кинулся в омут легких воспоминаний детства, уехал в родное Зеледеево. Побродил там осенними лесами, впадая в прозрачную хандру природного увяданья. Выслушал кукушку на дальнем кедре, с замиранием души отсчитывая: вдруг, оборвет слепую надежду неизбывной вечности?!

Видел ежа, что запасливо тащил на спине подгнивший уже провиант на долгое зимнее прозябание.

Видел лисицу – шла, плутовка, лесом, держа ноздрю на ветерок хитрой наживы.

И даже вляпался, – простите за физиологию, – в результат пищеварения самого Михаил Потапыча, хозяина таежных угодий.

И стало светло внутри, и мысли побратались с чувством, и разум взял наклон головы в сторону приятия величия и гения сладкой и неохватной умом жизненной неизбежности.

И в тот миг, когда очищал стопы свои лопухом от невыносимой вони медвежьего помета, – поднял голову и узрел вдруг его…

- Кого, Лев Игнатьевич, медведя?

- Ах, да ведь если бы… да был бы я счастлив, и припустил лесами, как в голопузом босоногом детстве, вопя благим матом, домой. Увидел я, батюшка, того страшного человека с вокзала. И так и сел, сраженный простотой и ужасом мизансцены: я, он, лес, и никогошеньки больше в природе вокруг и около.

И кабы только обернулся он в мою сторону, – поверьте, умер бы смертью несчастного суслика в норке, куда плеснули ведро воды, и все пути к отступлению в жизни отрезаны теперь насовсем.

Но, – слава Спасителю! – протопал этот мрачный кадавр мимо, неся за спиной своею тяжелый рюкзак, и пропал немедля, как будто бы в темную воду, в чащу лесную нырнул.

- Вы уверены, Лев Игнатьевич, это был именно тот самый человек?

- Безусловно! Даже не стану добавлять: те же усы, тот же хищный затылок и смертельная вкрадчивая грация опасного зверя. Но главное-то: ветер ужаса и волна первобытного страха вокруг!

Тут, знаете, мудрено ошибиться, коль ноги не йдут, и сердце норовит из тебя наружу…


***

Возвращаюсь в управление, Саша уже в кабинете.
Говорит:

- Тебя где носит, «золотое перо молодежной журналистики края»? Тут есть вопросы по вновь открывшимся обстоятельствам…

- Я с Ряповым экстренно встречаться ходил. Ну и на обед потом ездил. Что там за вновь открывшиеся вдруг?

- Давай сперва кратенько по Липницкой, Ряпов и прочие не убегут.

- Первичный доверительный контакт с фигурантом установлен. Занятная барышня, просекает все на подлёте. Мозги заточены скорее на мужской манер, выделяет ключевые вопросы, как орехи щелкает враз. Легенду мою проглотила, но дважды напрягалась на косвенных разночтениях, пришлось «утаптывать» даже документами прикрытия.

Вряд ли чего-нибудь опасается, скорее – профессиональная недоверчивость и привычка проверять факты.

В общем, удалось вывести на живую беседу. Объяснил, что в медицинских вопросах профан. С одной стороны – нужен к статье богатый накопительный материал. С другой, – боюсь зарыться в незнакомое болото с головой. И сроки, понятно, как всегда у газетчиков, поджимают.

Просил начать с нестандартных случаев, с аномалий, которые всегда интересны читателю.

Через час вышли на Костина. Подробнее изложу на бумаге, пока еще не сложилось. И магнитофонную запись нужно расшифровать.

Суть: она убеждена, Костин – действительно болен.

Говорит, случай не тяжелый, но особенно досадный для человека его профессии. В период ремиссии – ничем не беспокоит и не мешает в работе. В период обострения – ведет к дополнительным затруднениям, например, в плане раздражительности и внутреннего напряжения, повышенной двигательной активности. Все это купируется мягкими нейролептиками, но при длительном применении имеются побочные эффекты.

Короче, мое ощущение – она сочувствует этому Костину по-человечески. Теперь придется консультироваться на стороне: возможно ли «поставить» всю эту симптоматику и обмануть квалифицированного врача?

Другое дело, зачем бы Костину такой фокус нужен?

Личной симпатии не исключаю, но девка яркая и молодая, а Костин – лысеющий сорокалетний молчун, не красавец, звезд с неба не хватает. По крайней мере, такова его легенда и объективный портрет тоже такой.

Рассказала, кстати, что случился у Костина тогда день рождения. Это она по медкарте определила. Пошла и купила ему подарок, открытку и десять лотерейных билетов ДОСААФ.

Говорит: «Не повезло человеку однажды, купил билет на удачу, а попал к нам. Ну, пусть повезет в другой раз, теоретически после крупной неприятности всегда следует компенсация».

- М-да… – хмыкает Саша, – а десять билетиков ДОСААФ, между делом, пятерка. А зарплата у нее – сто сорок, если от силы. Занятный штрих биографии, берем на заметку.

Ладно, отложим временно Марину Сергеевну, что за экстренная нужда у актера?

Передаю разговор с Ряповым.

- Шарики развинтились у мужика – говорит Саша – у людей творческих профессий шарики – вечное слабое место. Чуть что, начинают кататься лестницами сомнений, минуя коридоры здравого смысла.

Смеюсь, киваю. Костин под нашим плотным контролем уже две недели. Его ведут бригады «семерки», оперативно докладывая любые изменения стандартного маршрута. О поездке Костина в Зеледеево мы знали бы первыми, это без вариантов.

- У меня все. Выкладывай свои «вновь открывшиеся обстоятельства».

Саша переворачивает бланк на столе:

- Прочти вот этот интересный документ…


***

«ХХ» сентября 19ХХ г.
Совершенно секретно

Спецсообшение.
Силуянову.

Нами установлено, что в январе 1967 г. Костин М.П. проходил подозреваемым по делу о хулиганстве в городском парке г. Гомель, район Киевского спуска к реке Сож. Материалы дела в архиве местного УВД сохранились частично. Из остаточного следует, что дело по ст. 206 УК было прекращено дознавателем мл. л-т мил. Прокопенко за отсутствием в действиях Костина М.П. состава преступления.

К делу приобщена положительная характеристика на Костина М.П., выданная боксерской секцией отделения ДСО «Трудовые резервы» Гомельской области БССР.

Там же имеется сопроводительный документ о направлении в ИЦ УВД двух экземпляров дактокарт с отпечатками пальцев подозреваемого по делу.

В системе криминалистического учета ИЦ УВД по Гомельской области обнаружены карты дактилоскопического учета Костина М.П., 1947 г.р., уроженца г. Жлобин. Проведенной нами дактилоскопической экспертизой установлена их полная идентичность отпечаткам пальцев Костина М.П., отобранным в приемнике-распределителе №2 УВД Красноярского крайисполкома.

Мать Костина, уроженка Луковской волости Рогачевского уезда, д. Карповка, Хонората (Ханя) Карловна Извельская, 1909 г.р., родилась в семье местного ксендза.

Отец Костина, в журнале регистрации отдела ЗАГС №2 г. Гомель за №ХХХ значится со слов Извельской, как «русский солдат-победитель Павел Костин, 1911 г.р.».

Свидетельство о рождении Костина М.П. выдано отделом ЗАГС №2 при УВД г. Гомель в марте 1949 г., дата и место рождения указаны со слов матери.

Самсонов.


***

Отложив лист, говорю:

- Вот это номер! Они сами проводили опознание по фотографии, результат был отрицательный.

- Я связывался по «ВЧ», поясняют следующее. На фотографии из нашего спецприемника Костин обрит наголо – в целях санобработки. В быту он всегда носил длинные волосы, а последние четыре года – аккуратную бородку и усы, начал пользоваться очками.

Вероятно, сыграл и фактор психологического отторжения образа – Костин на фото снят в двух ракурсах, с номерной табличкой на груди, на фоне планки для измерения роста. Опознаватели были не готовы совместить в сознании портреты явного уголовника и знакомого инженера, человека непьющего и положительного, живущего годами рядом.

К тому же и фактор ответственности: КГБ просто так людьми не интересуется, а кинуть тень на близкого человека, оговорить по ошибке – не хочется никому.

В общем, там были и уклончивые тогда ответы. Но, видимо, пересилил все-таки «здравый смысл»: поверить, что знакомый инженер стал преступником всего за пару недель, да еще почему-то в далекой Сибири – нужно ломать мировоззрение.

Таким образом, имеем неожиданное развитие.

Это – Костин Михаил Павлович, 1947 года рождения, уроженец города Жлобин Гомельской области, инженер-конструктор тамошнего «оборонного» радиозавода. Отпечатки пальцев, как ты понимаешь, подделать нельзя.

- А почему из приемника не отправляли отпечатки Костина для сличения в Гомель?

- А он не судим. Где и зачем ему должны «катать» пальцы в таком случае? О деле, возбужденном и прекращенном в 1967 году он, естественно, умолчал. Прекращенные дела хранятся десять лет по инструкции, а фактически – зависит от реальных физических возможностей архива органа дознания.

Нам, считай, повезло – белорусам удалось выкопать фрагменты этого старого дела в райотделе милиции. А могли и полностью уничтожить по акту, осталось бы только упоминание номера, статьи, фамилия фигуранта и ничего больше.

Другое дело, в базе дактилоскопического учета Гомельской области его отпечатки хранились бы вечно.

Но что это дает? Дознаватель приемника-распределителя запросил справку о судимости – пришел отрицательный ответ. А рыть глубже – не имеется ни полномочий, ни времени, срок дознания ограничен тридцатью сутками по санкции суда.

- Ну, значит, и Марина Сергеевна – «в цвет».

- Я ждал, когда опять всплывет упоминание о Марине Сергеевне, – говорит Саша, язвительно ухмыляясь. – «Сегодня ее опять провожал капитан…»

- Обрати внимание, – провожал, реализуя комбинацию доверительного контакта.

- Само собой, служба – главное. И доверительные контакты – полезная вещь. Об этом есть в наших учебниках. Но там есть и другое: разведчика может сгубить красивая женщина. Говорят, умные люди писали.

- Мне – не грозит. Я контрразведчик, на нас теория не распространяется.

- Добро, контрразведчик, вернемся в тему. Какой напрашивается вывод?

- Здесь есть кто-то второй. Он связан с Костиным и похож на него внешне весьма существенно.


Tags: Зеледеево
Subscribe

  • Миронову

    Думаю, будет правильно поздравить здесь тов. Миронова… Ваш Коба. … в связи с рождением внучки! Я часто бываю несправедлив к…

  • «Королевские шахматы»

    Кто спрашивал, вот ссылка на новую повесть В. Миронова «Королевские шахматы»… Ваш Коба.…

  • Миронов и самолет

    Мопед не мой, я только разместил объяву… Ваш Коба.

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments