koba_sam (koba_sam) wrote,
koba_sam
koba_sam

Category:

"Ты мне друг, но здесь не торгуй" (продолжение третье)...

Продолжение. Как обычно, рутина и скука соцреализма...

Ваш Коба.


Начало второго часа ночи.

Сижу на базе. Должна прийти машина с пушниной, нужно принять по документам, разместить посылки на складе и опечатать до утра. Утром будут пересчитывать вложение, дефектовать и разбирать по сортам.

Машина идет со стороны Лесосибирска, там на трассе пурга, опоздание по графику часов на десять. С промежуточного пункта звонили, просили принять груз ночью – высокая ценность, на улице оставить нельзя.

Поэтому, жду.

Сижу в будке сторожа при входе у ворот. Здесь тепло, мурлычет радиоприемник и закипает большой жестяной чайник на печке в углу.

Сторож сегодня – дядя Ваня. У меня с ним дружба народов, иногда просит взять в магазине ливерной колбасы и батон к обеду. Мне нетрудно, магазин возле студенческой столовки, где я заправляюсь ежедневно. А дяде Ване оставлять пост нельзя, подмены не предусмотрено.

Говорю:

- Что, не скучно вот так по ночам?

- А чего скучать… – дядя Ваня философски прищуривает глаз, затягиваясь «беломориной» из горсти – каждому винтику свой короб. Было, соколом скакал, кипел разумом и впрягался в телегу потяжелее. Я же токарем служил, пятый разряд – не как-тебе-нибудь. Мог и шестой со временем поднять, да стал слепнуть от стружки и других последствий работы с метизом.

А шестой разряд, это – любой директор за руку и на «вы», главный инженер под козырек держит. Не как-тебе-нибудь, рабочая аристократия в деле.

Но, не поднял. Глаз отказался микроны ловить. А потом, проводили на пенсию с почетом.

Ничего, не обижаюсь. Пенсия хорошая, хватает, сто десять с гаком. И еще сюда пошел на шестьдесят восемь рублей в месяц. Совсем хорошо. И не скучно ни разу совсем. И книжки можно читать, какие в молодое время отложил.

А тут – чего? Тут спокойно. Заборы – высокие, замки – пудовые, собаки – злые. Сюда не полезут, себе дороже…

- Совсем не злые – смеюсь я – вон, иду, хвостами виляют.

- Ну, это ты – знаешь. Тебе положено, свой потому что. А которым за забором, – для тех, – злые. И потом, ты колбасу даешь, вот они и виляют.

- Так и другой, если что, даст…

- Не скажи. До тебя тут Паша служил. Тоже, вроде, свой. А они – ни в какую ему. И норовили за гачу уцепить. А почему – пойди, спроси. Собака – самостоятельный элемент природы. Может, запах не показался. Может, взгляд.

А он, кстати, одеколоном еще себя поливал. Вот погоди, сейчас представлю тебе…

Дядя Ваня лезет я тумбочку, роет там старые журналы на нижней полке. Достает газетный сверток из глубины.

- На, понюхай вот сам…

В свертке – вязаная спортивная шапочка белого цвета, синие и красные полоски по нижнему краю.
Беру, нюхаю, говорю:

- Ну, «Драккар нуа». Знаю этот запах. Модный одеколон для мужчин. Дорогой, зараза. И держится долго. И шапка – тоже не из дешевых. Фирма, «Суоми фабрик», не линяет и не растягивается от времени. А у вас она откуда?

- Придумают же… – дядя Ваня крутит головой – названия, как у нерусских, и вонища такая же. Я этих одеколонов отродясь не люблю. Брал своей бабке однажды «Красную Москву», еще фабрики «ТэЖэ».

Ну, она знает – не жалую. Вот, до сих пор, считай, половина пузырька в трюмо и стоит. До конца жизни запас, только на праздник, или в кино сходить, не как-тебе-нибудь.

А шапка – с тех пор лежит.

Как ему пропасть, в ту ночь так же машина пришла. Он ждал, вот как ты. Только у себя в каморке сидел при складе. Как приехали, я его позвал, начало третьего было как раз.

Пока разгружали, подъехал сам Вилорий Степаныч, зам по торговым делам. И кладовщик, Иван Семеныч, с ним.
Стало быть, ответственный груз, если среди ночи взяла нужда принимать.

А мне – что: грузовик запустил, ворота запер и сиди, кроссворды решай.

Ну, через пару часов, машина ушла. Я в журнал записал, с этим у нас строго.

И начальство уехало тоже. И Паша, видать, с ними. У него легковушка на улице стояла. Я посмотрел после – нету его легковушки. Знать, уехал, а когда – бес его разберет. Спросил, – сказали – уже уехал сам.

Я так и милиции доложил, когда приходили. Через неделю где-то, как заявили о пропаже. Оттуда приехали сыскари, следователь прокуратуры тоже приехал. Ходили, записывали, кто и что видел.

Вот, шапку им предъявил. Утром, как машина разгружалась, во дворе нашел. Пошел подметать, и нашел. Пашина шапка, он в ней всегда форсил.

А тут – лежит, притоптанная под крыльцом в луже. Видать, когда посылки таскали, потерял. Может, из кармана выпала, не заметил в темноте.

А милитоны – покрутили шапку, да и вернули. Сказали, для дела розыска интереса не представляет. Так и лежит, не как-тебе-нибудь.

- А та машина, откуда была? – спрашиваю я, нарочито зевая.

- Не помню, у нас «на вход» накладные не требуются. С Севера, должно, как и сейчас. А откуда точно, и бес их там разберет, прости Господи, совсем…


***

- Значит, полагаешь, Паша уже холодный? – Пенсионер задумчиво крутит в руках связку ключей. – Разверни ход мыслей.

«Пенсионер» – псевдоним. В этом адресе его знают, как мастера производственного обучения, товарища Фадеева.
Николай Сергеевич, по имени-отчеству.

Это – тот самый человек, что остановил меня когда-то в Центральном парке.

- Да есть там несоответствия в рассказе. А взгляд у мужика трезвый, он технарь и мелочи должен отмечать автоматически. Но это, если взять цель. А для него – рутинный случай, один день из тысячи, цель не рисуется.

В общем, первое.

Паша ушел, вместе с начальством. Вернее, сторож так думает, но факта лично не запомнил. Утверждает, что понял со слов. Чьи были слова, неясно. Но вариантов два – Вилорий, или кладовщик. Вряд ли он спрашивал у шофера или экспедитора с той машины, они люди пришлые.

Несоответствие.

Там можно выйти только двумя способами – через вахтенную сторожку и сквозь ворота. Ворота за машиной он запер, не сомневаюсь. Потому что ночь, и во дворе разгружают ценный груз. А он педант, инструкции соблюдает.

Дальше. Створки закрываются на длинную трубу, пропущенную через скобы ворот. И есть еще висячий замок. Но даже если он не закрыт, трубу бесшумно не вытащить – она скрипит на весь двор. Ну и понятно будет потом, что кто-то вышел. А сторож такого не отмечает. И мимо него через сторожку тоже никто не проходил.

Второе. Я читал протоколы опроса свидетелей в деле о пропаже. Вилорий и кладовщик не упоминают, что Паша ушел с базы вместе с ними. Напротив, утверждают, будто «закрутились на приемке груза и не обратили внимания». А сторожу сказали другое. Кстати, в деле этот факт не отражен, сторожа просто не спрашивали об этом.

Третье – Пашина машина. Она стояла на улице, недалеко от ворот. Когда выезжал грузовик, машины уже не было.

Серьезное несоответствие. Сторож на это внимания не обратил. Ему нужно было выпроводить начальство и садиться за кроссворды.

Получается, Паша на базе и начинает принимать груз. Позднее подъезжает материально ответственное начальство. Продолжают принимать вместе, а Пашина машина тихо делает ноги сама.

И еще. На чем приезжали Вилорий с кладовщиком? Сторож этого не отметил. И как именно уехали, не отметил тоже.

Значит, не такси. Потому что таксист у ворот – запоминающийся фактор. И вызвать такси ночью у нас проблема. И придется открывать кабинеты, городского телефона на складе нет. А ключи - опять же у сторожа.

- Разумно – Пенсионер кивает – разложи версию до конца.

- Думаю, так. Там уже назрел конфликт. Скорее всего, на почве денежных отношений. Что-то не поделили, инициативу выдвинул Паша. Решили, что парень потерял берега. И может оказаться опасен в дальнейшем.

Подгадали с приходом машины, выдернули ночью на базу. Шофер и экспедитор тоже в теме. Возможно, они и валили, начальство руки пачкать не любит. А тело – вывезли на том же грузовике. Благо, машина по документам ходит под ценным грузом, гаишники проверять опечатанные тюки права не имеют.

В суете не обратили внимания на потерянную шапку.

Деталь мелкая и в контексте раскрытия действительно не дает практически ничего. Спрогнозировать, что кто-нибудь зацепится за шапочку позже, невозможно. Да и цепляться здесь не за что, я вышел на разговор со сторожем совершенно случайно, выводы мои – предположительны. И вытекают из знания оперативной обстановки на объекте.

А милиция – не придала значения шапке вовсе. Так что…

- Добротная версия – Пенсионер снова кивает – хотя, остаются и важные вопросы. Мог бы задать, но – не буду. В конце концов, это не наша «епархия», пусть в нюансах разгребается милиция.

Вкратце.

Паша этот найден. Вернее, его останки. Позавчера, километрах в сотне от города в сторону Канска. Обнаружили случайно, охотники в лесной балке. Тело было прикопано, разрыли дикие животные. Если бы не случай, разобрали к весне по костям.

А так – кое-что сохранилось. Эксперты установили способ убийства – механическая асфиксия, задушен тонким шнурком.

На одежде – большое количество волосяного подшерстка звериных шкур. Вероятно, ты прав, увезли в мешке от посылок, сбросили по дороге. Прошло много времени, следы на месте обнаружения не читаются. Повезло, вскоре после убийства ударили морозы, тело сохранилось удовлетворительно, в пригодном для исследования состоянии.

С этим Пашей – все.

Тебе нужно иметь в виду следующее. Если «просто не поделили» деньги, убивать эта публика не станет. Слишком мелкий Паша карасик, кто с ним будет делить. Ему давали, сколько положено. Не согласен – вылетишь пинком на улицу. А любую жалобу они своими связями позже пригасят. И еще жалобщика законопатят на нары, найдут и повод, и обстоятельства.

Здесь – другое.

В желудке убитого обнаружены с десяток алмазов. Камни некрупные, но – ювелирного качества. Сейчас работают специалисты, определяют, с какого прииска. А может, и вовсе с неизвестного пока месторождения.

Вот такая картина.

Возможно, его подозревали заранее. Машина пришла с грузом шкурок и секретным вложением. Потом, нагрянули с проверкой. Недосчитались камней, и тогда уже грохнули.

А то, что может проглотить, не допетрили.

А «девятку» его угнал тот, кто привез Вилория и кладовщика на базу. Он оставался за воротами, ему перебросили ключи через забор. Логика угона понятна. Машину, скорее всего, разобрали по винтику – Паша вполне мог прятать камни именно там.

Подведем итог.

Зацепились мы за интересное. Впрочем, сомнений тут не было. Было неясно, когда ухватимся за кончик веревочки.

Работай, они тебя проверяют на лояльность.

Хотя, есть и другой вариант. Барыжат камнями без ведома товарища Дорофеева, на свой коммерческий риск.
Тогда, это уже другая игра. Могут предполагать, что Дорофей что-то заподозрил. И ты на базе – в целях разведки.

Думай, короче.

И слушай внутренние голоса. Это у обычных людей такое ведет в "Кащенко". А у нас – рабочий способ самосохранения. И возможность опередить события на полшага.




Subscribe

  • О кино

    В почте: «Когда будете снимать свой фильм про теплоход? Не терпится посмотреть, что получится». Пока маленько не хватает на съемки,…

  • «Сталин черных поступков не покрывает»

    Просто рассказ. Раньше не публиковался... Ваш Коба. О ЗАСАДАХ, ВНИМАНИИ К МЕЛОЧАМ И ПОЛЬЗЕ КУРЕНИЯ Засада – занятие унылое. Придет ли кто…

  • Утро Красноярского протеста

    А там, во глубине России, – там вековая тишина. Утро Красноярского протеста. Честный «сороковник» на улицах. Если есть на свете…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments