koba_sam (koba_sam) wrote,
koba_sam
koba_sam

Categories:

"Стрелка компаса в бесконечное"…

История не моя, но удобнее рассказывать «от первого лица».
Написано на документальной основе. Названия населенных пунктов сокращены, имена и фамилии изменены.

Ваш Коба.


Вызывает начальник отделения розыска, говорит:
- Ты бывал в Б.?

- Нет, а что?

- Кто не был – побудет, кто был – не забудет – смеется начальник….

Он хороший был мужик, с юмором, фронтовик. Жизнь понимал и к людям относился по-человечески.

- Поедешь туда, нужно кое-чего уточнить.

- На чем поеду?

- Сядешь в плацкарт, да и поедешь. У нас, знаешь, персональные самолеты пока не предусмотрены. Вот когда ты на моем месте окажешься, тогда, поди, уже и будут.

- Туда же полдня пилить.

- Да хоть бы и полгода!.. – рявкнул он. И пристукнул ладонью по столу. – Есть дело, а теплые тапочки станешь требовать, как уже на пенсию выйдешь!

Ну, вопрос тапочек понятен.

Хотя, не понятен ни черта. Наше отделение занимается делами только по городу, а Б. – территория ответственности края.

- Что буду уточнять на месте? – спрашиваю.

Он перебрал на столе папки, достал одну, раскрыл. Полистал там бумажки, их было всего несколько штук.
Говорит:

- Значит, слушай. Там две недели назад сгорел ночью садовый домик в пригороде. Ничего особенного, голь перекатная. Скворечник три на четыре. И веранда к нему богатая, два на полтора. Выезжали пожарные, но он уже почти догорел. Сделали «проливку», раскидали бревнышки, чтоб опять не занялось. И уехали с Богом и колокольцами.

А на следующий день там дознаватель обнаружил подполье. А в подполье – труп.

И снова ничего особенного: залез бич в чужое жилище, наелся варенья, заснул. А дом возьми, и сгори. На трупе следов насилия нет. Стало быть, несчастный случай. Закрывай дело, списывай в архив, ставь «галочку» в отчетность.

Но есть тут всякие «но»…

Начальник опять перебрал бумажки, вытащил одну, взялся читать. Потом отложил, сказал:

- Не люблю их каракули разбирать, экспертов этих. Слушай на словах, без умных медицинских фраз. Все равно потом сам прочтешь.

Так вот. У меня там, в Б. – сослуживец. С фронта еще, и всю войну с 42-го вместе. Разведбат, всякое довелось повидать. Верю ему, как себе.

Теперь он там замнач по розыску. К нему и поедешь.

А у них там свой эксперт. Говорят, не дурак. И он этого погибшего вскрывал.

А внутри – пуля.

Но вот в чем соль, ранение – стародавних времен. Давно все заросло, только шрам оставался снаружи. А пулю, получается, тогда не извлекли. Так он с нею и жил.

- И что в этом такого? – спрашиваю я. – Вон, куча фронтовиков до сих пор с осколками живет. Может, нельзя было извлекать, опасно для жизни. Ну, сосуд там какой-нибудь рядом, еще что…

- Все может быть – кивнул начальник – Но приятель мой считает, здесь другой расклад. И нужно это дело порыть. Так, неофициально пока. Поэтому, в край семафорить не спешит. Мало ли, на догадках далеко не уехать. А край поднимет волну. А потом, если что, сам и крайних найдет…

Ну, теперь ясна диспозиция.
Спрашиваю:

- А почему он видит другой расклад? Какие еще факты?

- Приедешь – узнаешь. Пока и сам знаю немного. Но в пути – помозгуй. Ранение старое, а эксперт говорит, хирургического вмешательства не было. То есть, получил мужик пулю, отряхнулся, и дальше пошел.

В принципе, бывает. В горячке боя, например.

Ладно, а почему – не лечился после? Ранение не смертельное, но тяжелое, – так сказал эксперт. И вероятность просто «перележать» сильно стремится к нулю. Заражение крови, гангрена, каюк.

Вопрос, в общем.

И второй вопрос – сама пуля.
Марка «Парабеллум-08 9Х19». Распространенный боеприпас.

Но вот пуля – конической формы, с плоской головкой. Таких не делают, сказали, с начала века.
А мужику – от силы, лет сорок пять. Личность тоже пока не установили. Но воевать, выходит, по возрасту все равно не мог. Когда война началась, он еще без штанов бегал.

В общем, действуй. Я на тебя надеюсь… – закончил начальник, протягивая тощую папочку с документами – Но…, не пыли там пока. Край узнает, хвалить не будет. Они, если что, свою епархию блюдут.
А лишние «темнухи» и «глухари», сам знаешь, сердце сыскаря не радуют.

Скажешь на месте, мол, в отпуск, частным порядком. Решил, значит, познать родной край, практически закрепить данные школьного учебника географии.

И в отдел лишнего не ходи, я тебе домашний адрес дам. А дома у него и телефон, будешь оттуда мне семафорить…

- Мне тогда отпускное придется там отмечать.

- Ну, отпускное мы тебе слепим. Потом сдашь по акту, оформим, как оперативное прикрытие агентурной комбинации.

Сапоги, кстати, возьми. Может, Василий на охоту тебя стаскает. Он любит это дело, по лесам с ружьем ползать. Привычка – вторая натура. Как с войны привык, отвыкнуть не получается. А там болот много. Прямо, как в Белоруссии. Правда, леса у нас погуще, тайга все-таки.

Завидую тебе, честно сказать. Сам бы поехал так-то если. Но я – фигура заметная. Да и работы завал, не вырваться никак.

Вот не ходи в начальники, если когда тянуть станут. Откажись под любым предлогом. Потом оглянешься, а – поздно уже совсем. В каждую бумажку занесен, в каждую отчетную ведомость нарисован. Сидишь в президиуме, важно надутый, в седых усах и боевых медалях.

А жизнь – мимо, в кирзачах по болотам. И уже ее не догнать.

А звезда в небе – лучше, чем звезда на погонах.
Можешь поверить, лучше.

Та – стрелка компаса в бесконечное. А эта – стул со скрипом в пыльном кабинете и десятка к персональной пенсии


***

Перед отъездом я зашел в ОТО. Там у меня работал приятель, как раз «на баллистике».

Рассказал ему существо вопроса, попросил совета.

Он меня выслушал, сказал:

- Есть такая пуля, могу даже показать. Действительно, не делают давно. Там было заедание механизма при перезарядке, от них отказались. И у нас они проходили только в делах довоенного периода, тридцатых годов. А позже, не встречались. Там еще и сама пуля в оболочке из мельхиора. Это, знаешь, дорогое дело в производстве теперь. Да и никому такое не нужно, мельхиор идет в ювелирную промышленность.

И ты говоришь, мужик был не старый. То есть, те годы не зацепил.

В принципе, при хорошем хранении в цинке патрон не теряет штатных боевых кондиций достаточно долго. Но это, лет двадцать, «потолок». Дальше, как повезет. И порох со временем деградирует, и капсюли теряют бой. Без гарантии, в общем. Или просто пулю «выплюнет», или пошлет, да не туда.

А твоему клиенту прилетело, выходит, лет через сорок.

Занятная история. Трудно прикинуть логику применения старого боеприпаса. Поэтому, совет дать не могу. Потом сам расскажешь, в чем там фокус был…


***
Я ехал на вокзал и размышлял, в чем тут фокус. И есть ли он там вообще.

Жизнь все-таки не кино, куда интереснее. Бывает, загадает загадку – сломаешь голову. А потом выходит, зря ломал. Просто, стечение обстоятельств. Случайность. А ты – успел выстроить на этом достоверную версию о преступном умысле.

И выяснится в итоге: полная фигня.

Бичи у нас шарашатся, где Макар телят не гонял. Бывает, вокруг ни больниц, ни путнего жилья. Раскопали в лесу какой-нибудь схрон, еще времен гражданской войны. Решили проверить, как бабахнет. Бабахнуло неудачно, прямо в этого мужика.

И что, в больницу тащить? А где та больница? А притащить, оттуда сразу сообщат нам. И будет статья за хранение и применение. А кому такое надо?

А с пожаром, и вовсе, может, пустышка. Залез в чужой домик поживиться. Нашел, что искал, напился, закурил, уснул. Что называется, «сам дурак». И сам себя наказал. И весь криминал, – ущерб несчастному садоводу от сгоревшего добра.

Но это уже – не по нашей линии.


(Продолжение следует).


Tags: "Стрелка компаса в бесконечное"
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments